Государство против Конституции

(часть 4-я)

Государство против Конституции (часть 1)

Государство против Конституции (часть 2)

Государство против Конституции (часть 3)

Государство против Конституции (часть 4)

Государство против Конституции (часть 5)

 

Борец с экстремизмом.

Поскольку то, что описано в предыдущих частях, представляет собой весьма незаурядное преступное деяние, к тому же совершённое в разных регионах разными людьми, то вопрос с выбором того, кто не даст насильственно менять основы конституционного строя, не стоял. Кроме генерального прокурора некому. К тому же он сам публично явил озабоченность теми же процессами, которые беспокоят АВН[1].  Вот и председатель Совета Федерации писал, что в прокуратуре хорошо разбираются в подобных преступлениях, и должны дать исчерпывающий ответ.

Слова Миронова примем за основу для своих действий и рассуждений. Серией материалов «Государство против Конституции» пока только предполагается доказать, что «государство Российская Федерация» - это не что иное, как корпорация частных лиц, монополизировавших функции управления страной в своих интересах. То, что эта монополизация произошла в полном соответствии с  демократическими процедурами, никакого значения не имеет. Во-первых, ефрейтор Шикльгрубер тоже не с неба на немецкий народ свалился. А, во-вторых, в «О сущности режима и методах борьбы с ним» было показано, как корпорация, получив доступ к ресурсам    территории под видом управления ей, все демократические процедуры дезавуировала.

Поэтому до появления дополнительных выводов предположим, что почти все слуги государства – это некие мальчиши-плохиши, дети таких же родителей, которым со школьной скамьи внушали, что работать у станка, в поле, или у школьной доски – это позор и западло, и что, если они мечтают хорошо устроиться в жизни, их целью обязательно должно являться освоение богатств страны через доступ к корыту, на котором красуется пафосная табличка «Государство». В силу подобного воспитания плохиши себя освоением школьных премудростей не обременяли, багажа знаний и ума  не накопили, ибо всё это ни к чему для битв возле корыта. Поэтому ни одного человека в госструктурах с уровнем ума, сравнимого со средним, днём с огнём не сыщешь. То есть, упрощённо предположим, что госслужба – это удел умственно неразвитых в силу своей алчности людей. Что любое, даже самое вопиющее и очевидное нарушение Конституции и законов – это следствие кривизны извилин госслужащих. Также предположим, что среди них всё-таки могут встречаться неглупые и порядочные люди, пытающиеся делать то, для чего прокуратура предназначена.

Дальнейшие выводы этой предпосылки не опровергнут, но покажут, что радиус кривизны извилин, стремящийся к нулю, фактор всего лишь обеспечивающий политику корпорации, но отнюдь её не определяющий. Алчные и тупые наемники корпорации, её оловянные солдатики, ей необходимы, но не ими определяется её политика[2]. И что работа прокуратуры всегда ведётся исключительно в одном, антиконституционном,  направлении – это не следствие злоупотреблений её работников. Это её фактическое назначение, независимо от того, что прописано в законах. Миронов и прочие представители корпорации, пользующиеся ресурсами нашей страны, об этом, конечно же, знают. Со специальными вооружёнными отрядами государства у них выстроена система субординации, и Миронов уверен, что отряд, возглавляемый Чайкой, палец о палец не ударит ради того, чтобы разобраться с преступлениями, оформленными в сознательную государственную политику.

В общем, формальный законный путь, основанный на понимании того, что прокуратура обязана следить за соблюдением законов, надо было пройти до конца. Чайку за язык никто не тянул, и от выполнения формальных обязанностей не освобождал. Поэтому в его адрес сразу же, после начала преследования Замураева, было отправлено заявление с описанием признаков преступления против основ конституционного строя, совершаемого работниками правоохранительных органов в Костроме. А поскольку умственные способности и профессиональное усердие ни Чайки, ни его подчинённых переоценивать не приходится, то в заявлении для них был проведен ликбез в части, касаемой основ конституционного строя, сущности референдума и процедуры его организации; показаны отличия призывов к непосредственным действиям от идей, содержащихся в проекте закона, выносимого на референдум, которые могут стать (могут и не стать) законными нормами только после очень непростой процедуры референдума. Генеральному прокурору было  указано на абсурдность принятия решений о признании любых текстов экстремистскими на основании лингвистической экспертизы, что подтверждают  и его внутриведомственные "Рекомендации Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды" №27-19-99 от 29.06.99)[3].

Оснований к тому, чтобы успокоиться, доведя до генеральной прокуратуры сведения о костромских событиях, не было. Всем известно, что методы генеральной прокуратуры ничем не отличаются от методов работы ФГУП «Почта России», пересылающей письма. Правда, в отличие от прокурорских, работники ФГУП «Почта России» под особой защитой государства не находятся[4], а о прокурорских зарплатах и привилегиях даже и не мечтают. Но поскольку Чайка публично явил озабоченность ростом экстремистских настроений в обществе, то общество в нашем лице, в свою очередь, явило доверие его словам, и обратилось к нему за защитой. О том, что Чайка под экстремизмом понимает нечто иное, нежели мы, он в своих, пронизанных беспокойством о нашей безопасности речах, не сообщал. Отчего бы не увидеть в его лице защитника демократической Конституции? Рвётся Чайка в бой против экстремистов?! Вот ему повод явить свою удаль и бойцовскую сноровку, помноженные на недюжинные аналитические способности и многолетний опыт, проведя проверку действий всех перечисленных в заявлении лиц, причастных  к запрету на распространение общественной идеи, на предмет наличия в них признаков преступлений, предусмотренных ст. 278, 282.1, 282.2 и законом «О противодействии экстремистской деятельности», и квалифицировать эти действия в соответствии с действующим законодательством.. Это не 17-летние юнцы с выбритыми черепами и наколотыми свастиками. Это матёрые и коварные преступники, внедрившиеся в его безупречное ведомство, которые, находясь под защитой государства, ведут деятельность, направленную на насильственное изменение основ конституционного строя. В общем, сказал Чайка «А», пусть говорит и «Б».

На всякий случай, предупреждая отсутствие у Чайки решимости в деле борьбы  с оборотнями, что может проявиться в его мнимом непонимании, пересылке заявления в нижестоящие прокуратуры или иные инстанции, бормотании о разделении властей, невозможности изменить судебное решение и т.п., он был уведомлен о том, что копия этого заявления с сопроводительными письмами разослана руководителям всех ветвей «разделенной» власти: в Администрацию Президента, Председателю Правительства, Государственную Думу, Совет Федерации, Верховный Суд, Конституционный Суд. Кроме этого, генеральный прокурор был уведомлен, что текст заявления будет выложен в глобальной сети Интернет, и опубликован в доступных заявителю СМИ для того, чтобы показать ему, что он не один будет биться против банды преступников, отстаивая основы конституционного строя России, что ему помогут внимание,  коллективный ум и авторитет первых руководителей государства. А единственный источник власти будет иметь возможность наблюдать, как генеральный прокурор честно ему служит.

Пособник, «крыша» или шеф?

Первое заявление, отправленное 7.08.09, в основном содержало описание принципов организации референдума, и анализ того, что нельзя считать гипотетический законопроект, принятие которого предполагается в соответствии с демократическими процедурами, призывом к каким бы то ни было действиям. Всегда хочется думать о людях лучше, чем они есть, поэтому предполагалось, что фактов преследования граждан за законную деятельность с обоснованием её недопустимости для Чайкиных подчинённых будет достаточно.

Как выглядела проверка? Аппарат генеральной прокуратуры разослал копии полученного заявления в те структуры[5], в действиях работников которых заявитель усмотрел признаки преступлений, предусмотренных ст. 278, 282.1, 282.2 УК РФ и законом «О противодействии экстремистской деятельности». То есть, генеральный прокурор предложил своим подчинённым проверить самих себя, а о результатах самопроверки сообщить заявителю. О том, что об этих же результатах необходимо сообщить начальству, то есть в генеральную прокуратуру, в этих письмах нет ни слова.

Подчинённые Чайки, экспромтом проверившие самих себя на предмет того, являются ли они преступниками,  радостно ответили, что они действовали в рамках своих полномочий на абсолютно законных основаниях. Более того, задействовав свой специфический ум госслужащих, натренированный, в первую очередь, на оценку конъюнктуры возле корыта, они решили, что заявитель, не являющийся фигурантом данного дела, желает обжаловать, действия дознавателей, прокуроров и судей, сообщая им о должностном преступлении компетентных лиц. В связи с этим, сославшись на статьи УПК, в соответствии с которыми регламентируется рассмотрение и проверка должностных преступлений дознавателей, прокуроров и судей, ответили, что заявитель не может обжаловать решения прокуроров и судей, милостиво указав, как это может сделать сам Замураев.

Но речь в заявлении не шла о несогласии с решениями и действиями работников правоохранительных органов, речь шла о преступлении, в которое они вовлечены. Нигде не было ни слова об обжаловании чьих-либо действий. Заявитель требовал от генерального прокурора проверки признаков преступления и возбуждения уголовного дела против преступников. Но, чтобы понять это, надо оценить совокупность действий в соответствии с законодательством. Каждый отдельный случай (Замоскворецкий суд, Адлер, Кострома) можно списать на неразборчивость, подлость или ошибку отдельных следователей или судей. Заявителя не интересовали действия отдельных жандармов, и он, в действительности, не мог их обжаловать. А вот железная закономерность в их совокупности свидетельствовала уже не о профессиональных ошибках, а об ином преступлении, о признаках которого и было сообщено в генеральную прокуратуру. И расследовать это преступление обязан сам генеральный прокурор!

Здравый смысл и жизненный опыт свидетельствуют, что любой ответственный    руководитель, когда ему поступает сигнал о каких-либо недостатках, тем более преступлениях, совершенных кем-то из вверенного ему коллектива, никогда не поручает проверить сигнал тем, о ком в нем говорится. Руководитель занимается этой проверкой самостоятельно, либо пристально следит за ней, требуя отчётов о её проведении. Подход же генерального прокурора при самом доброжелательном к нему отношении свидетельствует о том, что для него рассмотрение подобных заявлений не более чем пустая формальность. А может и о том, что профессиональная деградация госслужащих приняла необратимый характер, и они просто не в состоянии оценить позорность подобного отношения к своей работе. Это при доброжелательном отношении к генеральному прокурору, как к руководителю структуры, занятой неумными и подлыми карьеристами. Щадящая исходная предпосылка.

Но, как бы то ни было, прокуратуру никто не освобождал от формальных обязанностей надзора за соблюдением Конституции и исполнением законов. Все прокурорские ленивые тупни и умственно деградировавшие особи, поэтому в принципе с ней не справятся? Справятся, ничего особенного в этих отличительных характеристиках госслужащих нет. Они почти всегда такими были. Но, кроме них, есть ещё мы.

Исторический опыт это подтверждает. Лица, профессионально охраняющие интересы общества за зарплату, особым рвением в службе обществу никогда не отличались, предпочитая выполнять поручения того, кто больше платит, а в особо сложные моменты переходили на службу врагу. Сомневаясь в способности ими же возглавляемых войск противостоять захватчикам. Как это сделали многие "выдающиеся" полководцы в преддверии Великой Отечественной Войны. И выходило так, что народ России, содержавший этих «профессионалов» в мирное время, в пору грозных испытаний становился на их места, выполняя их работу, за которую им до этого платил. И никто не может сказать, что у непрофессионалов это получилось плохо. Деды так делали, и мы не хуже.

Граждане России, принимая воинскую присягу на верность своей Родине – Российской Федерации, клянутся мужественно  защищать  свободу,  независимость  и  конституционный строй  России. Для нас защита конституционного строя - не способ зарабатывания денег, а вопрос собственной безопасности, потому что нам жить в России, и наша свобода и безопасность не должна зависеть от безграмотных и беспринципных юристов 3-его класса,  произвольно толкующих законы, и обнаруживших в "экстремистских" статьях УК РФ способ обеспечения себя непыльной и неопасной постоянной занятости. Именно поэтому защита Конституции жизненно необходима каждому гражданину. И мы свой долг исполним до конца, а деграданты в прокурорских погонах, отказывающиеся вникать в то, за что они получают зарплату из наших налогов – это серьёзное препятствие на пути исполнения нами нашего долга, но не более.

Для особо тупых

Раз они не умеют делать свою работу, значит, её сделаем мы. 11.12.09 в адрес генерального прокурора было отправлено новое заявление, в котором был проделан тщательный анализ деяний прокурорских и судейских работников, заканчивалось которое так:

«Г-н Генеральный прокурор, я требую, чтобы вы провели тщательную прокурорскую проверку всех предоставленных фактов и прекратили деятельность преступного сообщества, покушающегося на основы конституционного строя России, для чего вам необходимо

выявить мотивы, по которым:

·         судья Шепилов при принятии решения руководствовался экспертной справкой не  предупреждённого об ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта Федяева С.М. и не назначил судебную лингвистическую экспертизу;

·         главный эксперт Федяев С.М. допустил подмену выводов, показав, что АВН призывает к насильственным действиям к людям, неприсоединившимся к АВН;

• судья Шепилов не обратил внимания на совершенную подмену;
• судья Шепилов не обратил внимания на то, что экспертная оценка Федяева относится только к послесловию к проекту закона и принял решение о признании всего материала экстремистским;
• судья Шепилов не произвел юридического анализа экспертизы применительно к предмету экспертизы;
• судья Шепилов признал материал экстремистским только на основании того, что в нем содержатся слова, которые могут призывать и возбуждать;
• следователь Лепихин предлагал Замураеву не доводить дело до суда;
• следователь Лепихин при расследовании дела не использовал "Рекомендации Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды";
• следователь Лепихин не обратил внимания на то, что эксперт оставила без ответа именно те вопросы, которые позволили бы обвинить Замураева в пропаганде неполноценности граждан, побуждения к действиям в пользу одной социальной группы за счет другой, призывах к враждебным или насильственным действиям, в негативных установках в отношении какой либо социальной группы;
• следователь Лепихин не закрыл дело в связи с отсутствием состава преступления и окончанием процессуальных сроков, а установил наблюдение за Замураевым;
• следователь Лепихин, несмотря на то, что в превышенные сроки не смог установить дополнительных фактов в пользу обвинения Замураева, обвинил его на основании ранее имевшихся в деле материалов;
•  следователь Лепихин обвинил Замураева в унижении социальной группы – людей, неприсоединившихся к АВН сравнением их с организмами без назначения специальной социологической экспертизы, перед которой должен был поставить вопрос: можно ли отнести людей, неприсоединившихся к чему или кому-либо к социальной группе или просто группе;
• следователь Лепихин обвинил Замураева в высказываниях, которые передают  враждебный и насильственный характер действий по отношению к Президенту РФ и членам Федерального собрания РФ, без обоснования этого вывода в тексте экспертного заключения, а также без обнаружения экспертом того, что опубликованные высказывания именно возбуждают вражду или ненависть к указанным лицам;
• ФСБ  не предупредила лично никого из заявителей об ответственности за заведомо ложный донос, предоставив им безнаказанную возможность беззаконной деятельности до успешного ее завершения;
• Гагаринская прокуратура в нарушение Рекомендаций Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний поручила экспертизу не специалисту в области социальной психологии, а специалисту в медицинской психологии;
• Гагаринская прокуратура поставила перед медицинским психологом Новиковой вопросы из области права;
• эксперт М.В.Новикова, являющая специалистом в медицинской психологии, взялась за проведение экспертизы по социальной психологии;

·         эксперт М.В.Новикова выполнила работу прокуратуры и суда, исследовав текст на предмет содержания в них признаков преступления;

·         судья Каштанова ни разу не упомянула в своем решении о содержании материала, признанного ей экстремистским, несмотря на то, что его текст дважды зачитывался в суде;

• судья Каштанова, заявители и представители прокуратуры ни разу не задали ответчикам вопросов и не сделали никаких замечаний или указаний по поводу какие именно и где именно в рассматриваемом материале содержатся призывы или обоснования экстремистской деятельности;
• представители истца в чине младших советников юстиции не смогли ответить ни по существу, ни в общем на вопросы ответчика по основанию заявленных истцом требований;
• представители истца не смогли ответить, какие именно основы конституционного строя из главы 1 из Конституции предполагается насильственно изменить автором материала "Ты избрал - тебе судить!";
• представители истца не смогли ответить, какую именно безопасность предполагается подорвать автором материала "Ты избрал - тебе судить!";
• представители истца не смогли ответить, где именно в материале содержатся призывы к террористической деятельности;
• судья Каштанова проигнорировала ч.2 ст.68 ГПК РФ, не освободив ответчиков от необходимости дальнейшего доказывания  отсутствия экстремизма в материале "Ты избрал - тебе судить!", если три прокурорских работника совместно не смогли указать суду ни на один конкретный его признак;
• судья Каштанова отказала ответчикам в законном ходатайстве о запросе в Пресненском суде материалов дела №2-2068/2007, в котором не было решения о признании материала "Ты избрал - тебе судить!" экстремистским, что, согласно ст. 220 ГПК РФ могло привести к прекращению производства по данному делу;
• судья Каштанова отвергла решение районного и кассационное определение областного судов Курска, несмотря на факт рассмотрения ими того же самого законодательного предложения, по причине чего их выводы по делу являются процессуальным доказательством и в деле, рассмотренном Замоскворецким судом, и должны оцениваться в соответствии со ст.67 ГПК РФ;
•  судья Каштанова, отказав ответчику в законном ходатайстве, отвергнув профессионально выполненные экспертизы, больше года тянула с рассмотрением дела, помогая истцу найти эксперта, который бы дал заведомо ложное заключение по данному делу;
•  судья Каштанова, вопреки рекомендациям Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды №27-19-99 от 29.06.99, не назначила политологическую экспертизу, дважды отказав ответчикам в мотивированном ходатайстве;
• судья Каштанова, отказав ответчикам в назначении хотя бы одной законной экспертизы, назначила по ходатайству Гагаринского прокурора три мало относимые к делу экспертизы;
• судья Каштанова грубо нарушила п.2 ст. 79 ГПК РФ, проигнорировав мнение ответчика по вопросу выбора экспертов и по формулировке вопроса для экспертов, поручив это Гагаринской прокуратуре, чем нарушила основополагающий принцип гражданского судопроизводства: принцип состязательности процесса и равноправия сторон;
• судья Каштанова при назначении психологической экспертизы не дала ответчикам представить вопросы экспертам;
• судья Каштанова демонстративно проигнорировала возражение ответчиков против действий суда, нарушающих нормы, установленные ст.79 ГПК РФ о порядке назначения судебных экспертиз;
• судья Каштанова  лишила ответчика возможности реализовать право на формулирование эксперту вопросов по назначенным экспертизам;
•  судья Каштанова  лишила ответчика возможности реализовать право на ходатайство о привлечении специалиста при обсуждении вопросов эксперту;
• судья Каштанова  лишила ответчика возможности реализовать право на предложение конкретного эксперта или экспертного учреждения;
• судья Каштанова, получив неблагоприятное для истца заключение первой экспертизы, не проведя её исследования, немедленно назначила вторую;
• судья Каштанова, получив неблагоприятное для истца заключение второй экспертизы, немедленно назначила третью, не проведя исследований предыдущих;
• судья Каштанова проигнорировала профессиональное заключение законодателя Савельева по поводу того, что представляет собой материал, в пользу врача Новиковой, никакими знаниями о предмете не обладающей;
• судья Каштанова, получив заключение третьей экспертизы, с ничтожной юридической значимостью, но благоприятными для истца выводами, отказала ответчику в назначении политологической экспертизы;
• судья Каштанова откровенно вела поиск экспертов, которые бы дали заведомо ложное заключение;
• судья Каштанова, получив устраивающее участников преступного сообщества, экспертное заключение, спешно назначила заседания, нарушив нормы ст. 113 ГПК, не предоставив ответчику достаточного срока для подготовки к делу;
• судья Каштанова проводила судебные заседания таким образом, что все экспертизы заказывал прокурор;
• судья Каштанова проводила судебные заседания таким образом, что все вопросы по лингвистическим экспертизам ставил только прокурор;
• судья Каштанова проводила судебные заседания таким образом, что все вопросы эксперту-психологу ставил только прокурор;
• судья Каштанова не потребовала от эксперта лицензии на право осуществлять экспертизы, никаких документов об образовании, документов, удостоверяющих личность, подтверждения стажа проведения судебных экспертиз
• судья Каштанова отказала ответчикам в отводе эксперту-психологу неустановленной личности;
• судья Каштанова позволила эксперту-психологу неустановленной личности отвечать на вопросы права;
• судья Каштанова позволила эксперту-психологу неустановленной личности решать за суд вопросы вины ответчиков в рамках уголовного процесса;
• судья Каштанова отказала ответчикам в ходатайстве о вызове в суд эксперта-психолога для того, чтобы убедиться в реальности существования этого человека, его отношении к психологии, для проверки его документов, предупреждения об ответственности за дачу заведомо ложного заключения и допроса в порядке ст.85.1 ГПК РФ;
• судья Каштанова отказывала ответчикам в очевиднейших ходатайствах;
• судья Каштанова совершенно определенно склоняла дело в пользу истца;
• судья Каштанова не давала ответчику собрать доказательства;
• судья Каштанова отвергла 8 допустимых и относимых доказательств по делу;

·         судья Каштанова основала свое решение всего на двух недопустимых доказательствах, полученных от лиц, право давать которых подобные заключения судом установлено не было;

·         ни один из следователей прокуратуры с тем же рвением, с которым они пытаются доказать экстремизм текста "Ты избрал - тебе судить!", до сих пор не провел расследования заявления премьер-министра Путина, сделанного им в сентябре 1999 по ТВ, в котором содержатся высказывания, призывающие в к насильственным действиям в особо циничной форме против представителей социальной группы "террористы". Я думаю, что в свете всего вышеперечисленного  Вы  исправите эту недоработку.

Г-н генеральный прокурор, факт того, что Вы не сочтете необходимым лично осуществлять проверку признаков преступления против основ конституционного строя, в очередной раз формально перепоручив её рядовым исполнителям, будет свидетельствовать, в лучшем случае, о вашей преступной бездеятельности, благодаря которой становятся успешными попытки насильственного изменения основ конституционного строя. Расследованием таких преступлений в обязательном порядке должны заниматься первые руководители спецслужб. В худшем случае, ваш отказ лично заниматься профессиональной проверкой тягчайшего преступления, будет свидетельствовать о том, что Вы тоже вовлечены в деятельность преступного сообщества».

 

Выбор генерального прокурора

Страх оказаться преступником в глазах народа России, которому он честно служит, подействовал на генерального прокурора Чайку, и он, спотыкаясь от перевозбуждения, ретиво провел проверку предоставленных ему фактов. В гораздо более широких масштабах, нежели после первого заявления. Если, получив первое заявление, его штатные автоответчики разослали копии с соответствующими письмами в нижестоящие прокуратуры Москвы, Костромской области и Краснодарского края, уведомив об этом заявителя, то, получив второе заявление, кроме этих же прокуратур, они отправили его ещё и в прокуратуру Челябинской области, о чём заявителя в известность не поставили[6].  Ни о какой личной проверке речь не шла, продолжала работать устраивающая прокуратуру версия об обжаловании судебного решения.

А оловянные солдатики из  Краснодара, Костромы и Москвы скопировали свои предыдущие ответы на первое ещё заявление и повторили их отправку. Так выглядела проверка генеральной прокуратуры. Разумеется, не были приняты во внимание ни какие соображения заявителя из изложенных выше. Ни один мотив из перечисленных рассмотрен не был. Удивительно даже, что Чайка не задал вопрос Кулиничу, например, почему он не использовал "Рекомендации Генеральной прокуратуры об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды"!!! Неужели Чайке по барабану, что на утверждённые им или его предшественниками документы, его подчинённые не просто кладут, а даже и не догадываются об их существовании?! А что ещё непристойного они делают при виде своего высокопоставленного начальника? «Мимо тёщиного дома просто так я не хожу …»

Спасти честь мундира попытался старший помощник прокурора Челябинской области А.И.Сараев. В личной беседе он сказал, что признаками преступления для прокуратуры являются такие очевидные факты, как труп, тяжкие телесные повреждения и пр. А что собой представляет насильственное изменение основ конституционного строя им не понятно. И прокуратура подобными вещами не занимается. А на вопрос неудовлетворенного его ответом заявителя, почему же в таком случае его коллеги возбуждают уголовные дела по факту публикации гипотетического законопроекта, принятие которого планируется в соответствии с законами, при отсутствии трупов, выстрелов, баррикад и пр., ответил, что они, в Челябинской области, люди серьёзные, им воров, бандитов и прочего отстоя хватает. Времени и желания играть в игрушки у них нет. Но это всё так, от лукавого. Им пока команды такой не давали. Но это дело времени.

В общем, генеральный прокурор России Чайка Юрий Яковлевич подтвердил, что он не последнее лицо в преступной экстремистской группировке, насильственно меняющей основы конституционного строя России. Попросту, Чайка – участник преступного сообщества, то есть, преступник. На его непонимание сути дела это не списать, разжёвано было дальше некуда. На его ум и благородство, типа, зачем он будет обращать внимание на домыслы и писанину всяких придурков и связываться с ними, не списать тоже. Не обращает внимания – это его проблемы. Не о пустяках речь шла. О чести его мундира позаботились.

Чайка – один из руководителей экстремистского сообщества, созданного на базе государственных правоохранительных органов. А все правоохранительные органы – это специализированные вооружённые отряды, формально состоящие на службе всего общества, а фактически служащие корпорации частных лиц, персонализировавших власть в России. И эта фактическая служба идёт вразрез с их официальными обязанностями. Поэтому они не просто не служат обществу, халатно относясь к выполнению своих обязанностей, они ведут против него войну. И делать это тем проще, чем больше в рядах этих отрядов оловянных солдатиков – подлых, тупых, безграмотных карьеристов.

 

(окончание следует)

Ермоленко А.А.

Армия воли народа

Депутат Национальной Ассамблеи

Челябинск

ermolenko.andrey@gmail.com